heninen.netEnglish | Suomi
с 1997 годаНовое на сайте    Этот день в истории

Беломорские походы

23 февряля 1918 года, в разгар Освободительной войны, Верховный главнокомандующий Сил Финляндской Республики генерал Маннергейм, по прибытию на Карельский фронт, обвинил правительство Советской России в том, что оно торгуется с финскими мятежниками, обещая им Беломорскую Карелию, которую его же Красная армия уничтожает и грабит:

«Мы знаем цену его обещаниям и достаточно сильны, чтобы удержать свою свободу и защитить своих братьев в Беломорской Карелии. Нам не нужно принимать, как милостыню, землю, принадлежащую нам и связанную с нами кровными узами, и я клянусь именем финской крестьянской армии, главнокомандующим которой я имею честь быть, что я не вложу меча в ножны, прежде чем законный порядок не воцарится в стране, прежде чем все укрепления не будут в наших руках, прежде чем последний ленинский солдат и бандит не будет изгнан как из Финляндии, так и из Беломорской Карелии.»

Эта клятва Маннергейма вдохновила тех активистов, чьи мысли, надежды и стремления были связаны с судьбой Восточной Карелии. В особенности активисты Северного Саво, после быстрого освобождения от красных, приняли близко к сердцу вопрос о помощи своим соплеменникам в сопредельной Беломорской Карелии.

Центральной фигурой этих активистов являлся руководитель шюцкора Северного Саво ротмистр Карл Вильгельм Малм. В самом начале марта он выступил перед Сенатом и генералом Маннергеймом с инициативой об организации вооружённой экспедиции в Восточную Карелию. Как правительство, так и главнокомандующий положительно отнеслись к плану занятия линии Мурманской железной дороги и побережья Белого моря силами порядка четырёх сотен добровольцев. Малм, произведённый в подполковники, для проведения этой операции был вынужден оставить ряды армии.

Силы подполковника Малма состояли из трёх рот, возглавляемых соответственно строительным мастером Ахто Сиппола, егерским лейтенантом Тойво Куйсма и директором Карлом Оскаром Альбином Ларссоном. В их рядах вообще было мало профессиональных военных – кроме самого командующего таковыми являлись лишь лейтенант Куйсма и помощник Малма капитан Флекенштейн.

У всех участников похода на правом плече имелась белая лента с надписью «На стороне Карелии». Как подчёркивалось в приказе Малма от 16 марта:

«Карельскому народу будет оказана моральная поддержка в его стремлении освободиться от оков русского правления и присоединиться на основании кровного родства к Финляндии. Следует запомнить, что работа такой цивилизационной и в то же время исторически значимой экспедиции может быть полностью успешной, только если мы будем бескомпромиссно придерживаться требований человечности и гуманности и с самого начала занимать уважительную и доверительную позицию по отношению к местному населению. В особенности следует уважать исповедуемую местным населением религию и связанные с ней порядки, а также малейшие национальные особенности и обычаи, которые никоим образом не должны нарушаться. Даже незначительные отклонения от этого принципа будут подлежать строгому наказанию.»

Возглавляемая лично подполковником Малмом 1-я рота прошла конным обозом через Суомуссалми и 21 марта парадным маршем с развевающимся флагом пересекла границу в деревне Раате. На границе Малм огласил приказ, в которым он официально поименовал свои части «Силами Беломорской Карелии». Основная часть приказа состояла из положений о том, как следует себя вести в Восточной Карелии:

«После пересечения границы каждый должен принять во внимание следующее: по прибытию в деревню нельзя начинать поить лошадей до тех пор, пока не будет получено разрешение от хозяев дома. Только после этого можно будет начинать поить, но ни в коем случае не из посуды, являющейся принадлежностью колодца или проруби. Никому не разрешается входить в дом, пока не получено разрешение от хозяев. Заходя в комнату, необходимо снимать головные уборы, запрещается плевать на пол, не следует пить воду прямо из ведра, но должно попросить у хозяев посуду. Религиозные обычаи должны уважаться и следует вести себя так, чтобы никоим образом не задевать чувства населения. Курение строго запрещено во всех жилых помещениях, табак следует курить на открытом воздухе. Крайне важно, чтобы личный состав всем своим поведением показывал, что он принадлежит к цивилизованному народу.»

Не встречая сопротивления Малм 22 марта достиг Вокнаволока и 23 марта Ухты, где провёл неделю. 2-я и 3-я роты следовали более южными маршрутами через Кухмониеми и Кимасозеро.

Сам Малм с небольшим авангардом продолжил свой путь до Юшкозера, прибыв туда 2 апреля. Из Юшкозера он направил Флекенштейну и Куйсме депеши с приказами как можно скорее двигаться своими частями на соединение с 1-й ротой, поскольку «имеется необходимость быстрого взятия Кеми». Из Кеми одним белым карелом были доставлены новые сведения о том, что белые в городе ждут финнов в качестве освободителей от красных. В особенности рассержены на большевиков кемские купцы из-за их экономических требований и принудительных конфискаций товаров. С другой стороны, в городе ещё не очень много красных, однако имеются опасения, что число их с течением времени будет только увеличиваться.

Поскольку политическая ситуация к этому времени переменилась, Маннергейм направил свой новый приказ курьером, прибывшим в Юшкозеро как раз к моменту выхода сил Малма по направлению к Кеми. Этот приказ запрещал Малму дальнейшее продвижение вперёд и подчёркивал, что его новая задача состоит лишь в том, чтобы побудить жителей выразить желание присоединить Восточную Карелию к Финляндии, организовать и вооружить местное население, объяснить, что финны пришли, дабы сокрушить большевиков, сеющих хаос в российской Карелии и в восточных приходах Финляндии. Однако, несмотря на явный запрет генерала Маннергейма, подполковник Малм всё равно продолжил поход на Мурманскую железную дорогу, так как желал быть первым, донёсшим цвета финского флага до берегов Белого моря. Кроме того он, безусловно, ощущал себя продолжателем подвигов своего предка и тёзки – подполковника Карла Вильгельма Малма, прославившегося в годы Финляндской войны 1808-1809 годов в Саво и в Северной Карелии.

2-я рота во главе с Куйсма прибыла в Юшкозеро 4 апреля, когда 1-я уже была в пути на Панозеро. Роты соединилась в Панозере 5 апреля. 3-я рота во главе с Ларссоном, уставшая и голодная, пройдя самым южным и самым длинным маршрутом через Реболы и Челму, достигла Юшкозера только к 8 апреля.

Тем временем в Кеми красные ожидали нападения. Отряд Хямяляйнена из 150 финских красногвардейцев прибыл в Кемь из Петрозаводска 3 апреля. На следующий день добавилось ещё 50 финнов из Петрограда. Ими командовал Калле Весанто – член Верховного совета рабочих Финляндии, направленный из Хельсинки в качестве его представителя на Мурманской железной дороге. Из Сороки прибыли 200 русских красногвардейцев, а из Кандалакши – вооружённый поезд красных финнов, которым командовал Кости Тамминен. Кроме того ещё около 500 русских прибыли на поезде из Петрограда и на судне из Архангельска. Вооружение красных включало артиллерию под командованием Юхо Йоронена.

Отправленный Малмом на разведку в Кемь командир одного из взводов 1-й роты Урхо Кайнуваара был раскрыт и схвачен. Калле Весанто лично застрелил его 6 апреля.

8 апреля авангард во главе с сыном подполковника Малма Калле Малмом и командиром 1-й роты Ахто Сиппола впервые встретился с противником в деревне Подужемье. Это был небольшой дозор, состоявший из красных финнов, с которым у отряда завязалась перестрелка. В бою были убиты двое красных, один убежал в направлении Кеми, а двое попали в плен. Сиппола, обнаружив, что пленённые – финские красногвардейцы, не стал тратить время на допросы. Он подвёл пленных Подужемскому порогу, где хладнокровно расстрелял, хотя от них можно было получить ценную информацию о численности и диспозиции противника в Кеми.

Подужемье являлась самой восточной в Беломорской Карелии деревней с собственно карельским населением. Отсюда в ночь на 9 апреля Малм отправил Сиппола с небольшим отрядом разрушить железнодорожный мост к югу от Кеми, а Калле Малма – с той же самой целью к северу от Кеми. Никому из них не удалось выполнить поставленные задачи. По неизвестной причине ни один из отрядов не был снабжён взрывчаткой, хотя в обозе имелось её в избытке. Сиппола захватил и уничтожил казармы железнодорожных рабочих вблизи линии дороги, но даже не попытался перерезать саму железную дорогу. Калле Малм хотя бы поджёг железнодорожный мост, но пламя погасло, а отряду пришлось отступить под огнём противника, стянувшегося к месту происшествия.

Наступление на Кемь также не вошло в военную историю Финляндии в качестве образца стратегического или тактического планирования.

Подполковник Малм атаковал Кемь ранним утром 10 апреля силами порядка 175 человек. Он распределил их таким образом, чтобы наступать на Кемь тремя клиньями – с юга, с запада и с севера. Фронт атакующих продвигался к городу, пока его защитники, укрепившиеся на западных подступах на выгодных позициях по скальной гряде, не открыли ружейно-пулемётный огонь. Атака прекратилась и перешла в продолжительную перестрелку между сторонами. Положение расположенной в центре 1-й роты Сиппола оказалось самым тяжёлым, так как она была вынуждена продвигаться по открытому болоту. Кроме того, рота была очень слаба, так как один из её взводов стоял в резерве, другой пытался обойти противника со спины, а отдельный отряд был отправлен в разведывательный рейд в Сороку. Был отдан приказ отойти на ещё покрытые темнотой позиции на опушке леса, но отступление превратилось в безудержное бегство, втянувшее и взвод, находившийся в резерве. При этом командир 1-й роты Сиппола показал не самый лучший пример своим подчинённым и бежал впереди своих людей. Потери, к счастью, оказались незначительными: два человека погибли и двое были ранены.

Отход был произведён в относительном порядке, хотя и в спешке – вначале до Подужемья, а оттуда – до Пебозера, которого достигли утром 11 апреля. Там, наконец, встретили 3-ю роту Ларссона. Из Пебозера Ларссон направил разведывательную группу в Подужемье. Было установлено, что в Подужемье уже находится подразделение противника численностью в 30-50 человек. По возвращении разведывательной группы 3-я рота отправилась вслед за основными силами в Панозеро, куда те прибыли уже вечером 11 апреля. В Панозеро всем был дан отдых до 15 апреля. По раскисшим дорогам продолжили отступление в Ухту, куда и прибыли без каких-либо потерь 17 апреля.

Малм отправил Маннергейму подробный отчёт и получил ответ в конце апреля. Генерал Маннергейм приказал подполковнику Малму оставаться в Беломорской Карелии и сосредоточиться на обороне. Наступление не могло быть начато ни при каких обстоятельствах, так как новая неудача грозила ещё более ослабить доверие карелов к финнам.

13 июля подполковник Малм подал в отставку по состоянию здоровья, его сменил судья Харри Бродерус. Однако новый главнокомандующий Вооружёнными силами Финляндии генерал-майор Карл Фредрик Вилкман 24 июля назначил командирующим реорганизованной экспедицией в Беломорскую Карелию егерского капитана Тойво Куйсма.

Капитан Куйсма начал собирать добровольцев для следующего Беломорского похода…

Основные источники:
  • Jussi Niinistö, Heimosotien historia 1918-1922
  • Jouko Vahtola, "Suomi suureksi – Viena vapaaksi"
© 1997–2020